Rambler's Top100
На главную Поиск Контакты
АТМОСФЕРА ДЛЯ РОЖДЕНИЯ НОВЫХ ИДЕЙ

Рассылка
новости
публикации
НМ рекомендует
анонс номера
 

№11, 2008
Твердомеры мет роквелла http://www.ndtsale.ru.
№11, 2008
06.11.2008

В открытом доступе
просмотров: 2354
комментариев: 1

Тайм Аут



Всесомнение – действие или бездействие?

Почитать





Всесомнение – действие или бездействие?

Доказательство
истинно только
для самого себя.
Оно не свидетельствует ни о чем, кроме наличия доказательств, а это ничего
не доказывает.
Роберт Шекли

В пользе скептицизма никого убеждать не надо. Скепсис – это и способ пробуждения от «догматического сна», и просто отрезвляющее средство, без которого мы были бы обречены на вечное шарахание из одной крайности в другую. В истории человечества самыми заядлыми скептиками были представители школы античного скептицизма. Из-за его крайнего радикализма это философское течение почти полтора тысячелетия отвергалось  западной философией.

Скептики и нескептики
Мы всегда что-то знаем, чего-то не знаем, во что-то верим, что-то предпочитаем, а что-то напрочь отвергаем. В общем, угодить нам безмерно сложно, а то и вовсе невозможно. А вот античный скептик, являющий собою саму невозмутимость, – полная нам противоположность. «Все наслаждения и страдания жизни для него совершенно безразличны. Все утверждения и отрицания ни прямо, ни в результате процесса мысли его не привлекают. Они тоже для него безразличны. И вообще – он стремится не к счастью или наслаждению, а просто к невозмутимости, которая, по учению скептиков, как раз и заключается в том, что человек ни к чему не привязан, ничего не любит, ко всему безразличен и ничем не бывает взволнован»1. То есть античные скептики, как и их современники эпикурейцы и стоики, стремились к достижению атараксии – состояния безмятежности, невозмутимости. При этом эпикурейцы и стоики полагали, что такого состояния способен достичь лишь мудрец, обладающий истинным знанием. Поэтому, стремясь к воплощению своего идеала, они тщательно разрабатывали теории познания, пытаясь устранить все возможные на пути к совершенному знанию препятствия и ошибки. Скептики же, напротив, отрицали знание в его традиционном понимании.

Что можно знать
Основателю античного скептицизма Пиррону из Элиды, (около 360–270 гг. до н. э.) были близки идеи Демокрита, критически относившегося к знанию, которое опирается на восприятие органами чувств («по существу мы ничего не знаем, ибо истина в глубинах»). Сам он ничего не писал – воззрения Пиррона известны по записям его учеников. Он отрицал, что что-либо может быть хорошим или плохим, правильным или неправильным. На вопросы о том, какова природа вещей, как мы должны к ним относиться и что должно проистекать из этого отношения, он отвечал, что мы совершенно ничего не знаем ни о каких вещах, что мы должны воздерживаться от всякого суждения о чем бы то ни было. По словам Диогена Лаэртского, «он ничего не называл ни прекрасным, ни безобразным, ни справедливым, ни несправедливым и вообще полагал, что истинно ничто не существует, а людские поступки руководятся лишь законом и обычаем, ибо ничто не есть в большей степени одно, чем другое. В согласии с этим вел он и жизнь свою, ни от чего не уклоняясь, ничего не сторонясь, будь то телега, круча или собака. От опасностей его оберегали следовавшие за ним друзья».
По мнению Секста Эмпирика, скептик – это исследователь вопросов философии, практикующий воздержание от суждения («такое состояние ума, при котором мы ничего не отрицаем и ничего не утверждаем»), так как не способен примирить противоположные мнения и аргументы, с которыми сталкивается. Цель свою скептики видели в опровержении догматов всех школ, но сами ни о чем догматически не высказывались. Секст уделял очень много внимания учению о скептических выражениях – «вероятно», «возможно», «допустимо», «воздерживаюсь от суждения», «всякому рассуждению противостоит равное» и т.п.
Но означает ли все это, что скептики вообще ничего не признавали? По замечанию русского философа А. Ф. Лосева, «каждый настоящий античный скептик не то чтобы ничего не признавал, но признавал только то, что всякое „А” может быть каким-нибудь „не-А”. Другими словами – для
них все на свете одинаково истинно и одинаково ложно».
Отрицали скептики и объективное существование добра и зла. Диоген Лаэртский писал: «От природы не существует ни добра, ни зла. Если бы от природы существовали добро и зло, то они были бы добром или злом для всех, как снег холоден для всех. Но нет такого добра или зла, которые были бы общими для всех, а стало быть – нет добра и зла от природы. В самом деле, или мы должны называть добром все, что человек считает добром, или не все. А если мы будем называть добром не все, что кажется человеку, то нужно будет оценивать разницу мнений, а это неприемлемо, потому что доводы на эти мнения равносильны. Стало быть, природное добро непознаваемо».

Есть только явление
Скептики резко отвергали знание, основанное на научных данных и доказательствах, противопоставляя ему процесс познания, имеющий дело не с объектами материального мира, существующими независимо от сознания, а лишь с совокупностью восприятий, представлений и ощущений. Одни и те же вещи могут вызывать у разных живых существ разные ощущения. Органы чувств по-разному воспринимают один и тот же предмет («…яблоко зрению нашему представляется желтым, вкусу – сладким, обонянию – душистым; одна и та же форма видится по-разному, отражаясь в разных зеркалах. Из этого следует, что всякая видимость есть не в большей степени одно, чем другое»). Люди не одинаково воспринимают одни и те же вещи в разных состояниях («каковы здоровье, болезнь, сон, бодрствование, вражда, любовь, радость, печаль, недостаток, избыток. От разных предрасположений зависит и различие видимостей. Ведь даже то, что видится сумасшедшим, не противоречит природе. Чем они противоестественней, чем мы?»).
Скептики считали, что есть только явление («в качестве явления мы принимаем сейчас ощущаемое»), существующее независимо от нас самих. Именно этим оно отличается от ноумена, то есть понятия, которое человек создает силой своего ума. Восприятие явления не зависит от человека. Для скептиков реальность – это не нечто существующее и даже не нечто вероятное, это «всеобщая кажимость» («что мед сладок, я не утверждаю, но что он таким кажется, я согласен»). А из этого всего следует, что мы не можем знать даже того факта, знаем ли мы или не знаем, и вообще – существует ли что-нибудь или нет.

«Ищут же скептики»
По Сексту Эмпирику, скептицизм есть не что иное, как «скептическая способность, противопоставляющая явления и ноумены каким только возможно способом; отсюда, вследствие равносильности противоположных вещей и речей, мы приходим сначала к воздержанию от суждения, а затем – к невозмутимости». Многими это воспринималось как призыв к бездеятельности. Проблема деятельности стала одним из основных аргументов, выдвигаемых против принятия скептицизма в античном его варианте. Вот как сформулировал это Давид Юм: «Если бы принципы античного скептицизма распространились вдруг среди всех, то всякие разговоры, всякая деятельность немедленно прекратились бы, и люди пребывали бы в полной летаргии, пока не настал бы конец их жалкому существованию вследствие неудовлетворения естественных потребностей». Но правильно ли отождествлять учение о «всеобщей кажимости» и всеобщем воздержании от суждения с бездействием? Сам Секст называет скептический способ рассуждения ищущим. Если все догматики уверены, что они нашли истину, приняв на веру нечто неочевидное, то скептики продолжают ее поиск.
Выражая свои взгляды, Секст обычно пользовался словами «путь», «образ жизни», «образ мышления». По его утверждению, чтобы жить и действовать, нужно иметь дело не с вероятными вещами, людьми или событиями, а с теми, которые нам кажутся таковыми: «Мы же ни о чем не говорим, что оно добро или зло, так, чтобы считать вероятным то, что говорим, но, не высказывая мнения, следуем жизни, чтобы не быть бездеятельными».


Почитать

В 2005 году, по результатам рейтинга Financial Times, «Made in China» Дональда Н. Салла была признана одной из лучших книг о стратегиях выхода на новые рынки

Дональд Н. Салл
«Made in China.
Чему западные менеджеры
могут научиться у китайских
предпринимателей»
Гревцов Паблишер – 2006 г.

Об успехах акул американского бизнеса наслышаны все. Таким легендам, как Билл Гейтс, Майкл Делл и Сэм Уолтон посвящены сотни книг и статей. При этом читателю ровным счетом ничего не известно о ведущих бизнесменах Китая – страны со второй по величине экономикой в мире. Издатели книги «Made in China» решили исправить ситуацию, тем более что опыт компаний, сумевших заработать миллионы на рынке с высоким уровнем неопределенности, будет полезен любому предпринимателю.
В книге описан опыт восьми крупнейших китайских компаний, вышедших в мировые лидеры за последние десять лет. Автор приходит к выводу, что в основе их успеха лежит особое отношение ко времени. Чтобы сохранить конкурентоспособность на таком непредсказуемом рынке, как китайский, менеджерам необходимо избавиться от заблуждений насчет будущего – что оно раскрывается перед ними как на ладони, что можно заглянуть за горизонт и спланировать свои действия. Нужно постепенно формировать видение будущего, представляющего собой поток зачастую непрогнозируемых опасностей и возможностей, в том числе и возможности быстрой прибыли. Как же эти возможности использовать? (Очень актуальный вопрос в условиях глобального кризиса, который, несомненно, коснется и нашей экономики).
Китайские компании применяют модель SAPE (предчувствие – готовность – приоритеты – действие), которая позволяет претворять догадки и интуицию в эффективные действия. Модель SAPE – это альтернатива процессу формального стратегического планирования, применяемого в большинстве компаний. Однако схватить удачу за хвост стратегическое планирование вам не поможет, так же, как не поможет вовремя среагировать на кризис. А цикл SAPE поможет компании не только выжить, но и преуспеть в нестабильной среде, поскольку изначально рассчитан на непостоянство ситуации. Приоритеты определяются на основе изменяющихся обстоятельств и охватывают как стратегические решения, так и операционные улучшения. А когда на горизонте не видно ни «золотых возможностей», ни «угроз разорения», приоритеты компании должны быть нацелены на подготовку к значительным событиям в будущем. О том, как проводить такую подготовку и создавать резервы «средств и силы», тоже рассказано в книге.


Оценить статью
 
 
Оставить комментарий
Имя:
Комментарий:
Ваш логин

Пароль

Регистрация